July 26th, 2006

poems

(no subject)

Что я тут нашла, товарищи "книжники", удаляя лишнее из файла со стихами (что-то их у меня так много, что я уже устала)...


Нас с тобой никто не рассудит.
Бесполезно. И так понятно.
То же самое там же будет.
Чуть повнятнее. Иль невнятно.
Нагема


Как всегда, серовато-горько, -
словно пеплом посыпал строчки.

“Я, - как все, подалече только.” –
Побольнее. – Вот это – точно.

Мы побудем немного в ссоре. –
В чем отличье? – В молчаньи в трубке. –
Не такое уж это горе, -
не впервой. Но все так же жутко.

Чуть привычнее, но – нежданней
этот нож. И все так же – в спину. –
Я умею быть нежеланной
(так и просится “нелюбимой”).

Мы с тобою давно не дети:
ты – по возрасту, я – по жизни.
И с огромным сознаньем этим
мы забыли свои капризы,

чтобы на людях улыбнуться. –
Все поймут так, как надо. – Веришь?
Что глаза мои не споткнутся
на оборванной строч... Истерик

не должно быть (см. по тексту).
Анонимщики - все им тема. –
Ты ж, увы, из другого теста,
Уважаемый друг. Нагема

Где-то, кажется, я читала, -
на заклание так водили:
упирая на Бога, – тайно,
приговаривали к могиле. –

Это чем-то на нас похоже.
Это четко в моем контексте.

Может, легче бы дать по роже…

Туш играй, духовой оркестр!

12.09.00г.
poems

(no subject)

В связи с необходимостью делать выборку из своих стихов, перечитываю все подряд. Некоторым откровенно удивляюсь.
Товарищи френды, как вы думаете, кому было написано это стихотворение примерно 4 года назад? - Правильно. Отцу моего сына.


Ты – другой. –
Ты не тот, что были, -
не такой, как другие -
жаркий. –
Ты приходишь из ностальгии
и целуешь меня украдкой.
Обнимаешь меня и плачешь, -
отпускаешь, и вновь смеешься.
Покупаешь меня без сдачи,
но желаешь во мне лишь солнца.

Я же – морок осенних пустынь, -
недоверчивый и ненастный. –
Все равно ты меня отпустишь,
может, даже и дав мне счастье.
Ты – недолгий во мне колодец,
и уйдешь, как вода из сруба, –
сообразно своей природе,
вспоминая глаза и губы.

И, согласно всему, что веришь,
будешь праздновать дни разлуки:
расстоянья часами мерить,
помнить плечи мои и руки. –
Но спокойнее, чем другие
(знать, и я уже не смертельна),
и быстрее забудешь имя.

И пребудешь вовек –
отдельно.

08.04.02г.

ЗЫ. Это надолго, терпите.
poems

Ну, понятно все, да?

Ну, что я могу? –
Тосковать улетая,
(Як-40 на взлет, я ж молю о посадке)
в полете молчать, сохраняя, как тайну,
прощальный твой взгляд, от которого сладко.
Сквозь сон ощущать твои губы и руки, -
поддаться, прогнуться, остаться с тобою. –
Навстречу тебе сквозь печаль и разлуку
нести свою веру.
Сквозь бурю любую
к тебе на крыле самолета прорваться,
в ладони вернуться твои,
как в спасенье,
в твои поцелуи.
И снова остаться.
И снова не верить твоим сновиденьям.

Ты можешь так много:
терпеть мои слезы,
вернуть меня к жизни из серой пустыни,
быть нежным и ласковым,
юным и взрослым…

А все, что могу я – родить тебе сына.

17-21.10.02